Пастырь, зажегший огонь в сердцах

1 октября исполняется пять лет в блаженной кончины протоиерея Алексия Зорина, почившего настоятеля Александро-Невского кафедрального собора города Старый Оскол. По этому случаю духовенство и верующие соберутся в кафедральном соборе Старого Оскола, чтобы за Божественной литургией молитвенно почтить память дорогого отца Алексея. Начало богослужения в 8.00

Он был не просто священником, а подлинным духовным отцом для тысяч старооскольцев, добрым наставником для молодого духовенства, основателем и мудрым редактором газеты «Православное Осколье». В память о нашем батюшке мы хотим оживить его собственные воспоминания, которые он когда-то делил с нами, – живую летопись веры, пронесенной через все испытания.

Отец Алексий родился и вырос в селе Знаменское Орловской области, в многодетной семье. Его дедушка был священником, и в 1930 году храм, где он служил, закрыли, а самого сослали на Колыму. Но его сын – отец будущего пастыря – сумел сохранить то, что почерпнул от своего отца в юности. 

Семья открыто исповедовала православную веру, и детям приходилось нелегко. «Мы открыто исповедовали православную веру и старались отмечать все двунадесятые и великие праздники. Конечно, из-за того, что наша семья не таилась, как делали многие верующие, в школе у меня и моих братьев и сестер были непростые отношения с учителями. Нас не просто, как сейчас говорят, притесняли – пытались «перепрограммировать». Все десять лет обучения нас старались куда-то записать – то в октябрята, то в пионеры, то в комсомол», — рассказывал батюшка. 

В этот период огромное участие в жизни будущего пастыря принял его старший брат — архимандрит Владимир, ставший для Алексея с ранних лет образцом для подражания. «Помню, когда брат поступил в семинарию (я учился тогда в четвертом классе), у нас в школе по этому поводу собрали линейку, — рассказывал отец Алексий. — Говорили: «Какой позор! Наш выпускник — семинарист!» В те годы не так просто было поступать в семинарию. Обычно будущему семинаристу предлагали учебу в любых высших учебных заведениях, хорошую работу, лишь бы сбить человека с выбранного пути».

Чтобы исповедаться и причаститься, его семья несколько раз в год совершала пеший переход в город Болхов. «Расстояние от Болхова до нашего села около тридцати километров. Но мы с раннего детства привыкли совершать такие переходы. По пути в город мы останавливались на ночлег у знакомых. В город мы приходили к вечеру следующего дня – успевали на вечернюю службу. Принимали нас знакомые монахини, которые, скрывая свой постриг, трудились при храме. К сожалению, очень много храмов в Болхове было закрыто или уничтожено. Помню, однажды отец вернулся чернее тучи – оказалось, главный собор Болхова взорвали. После таких событий мы стали чаще бывать на службах в Орле. Туда летали на самолете – маленьком «кукурузнике». Для нас каждое такое путешествие было долгожданным».

Семья строго соблюдала посты: «Да, мы постились… Не помню, объяснял ли нам отец значение поста, но мы твердо знали: так надо. Ни у меня, ни у моих братьев и сестер никогда не возникало искушения нарушить пост и тайно отведать скоромного. Тем более на столе хватало разносолов: соленые грибы, квашеная капуста, огурцы, помидоры, яблоки — огород и сад нас щедро кормили. Великий пост нам, детям, не казался таким протяженным и строгим».

Еще один человек оказал весомое влияние на выбор жизненного пути юноши – схиархимандрит Григорий (Давыдов), удивительнейший подвижник XX века. Под его духовным руководством семнадцатилетний Алексей готовился к поступлению в семинарию, где он успешно сдал экзамены в 1978 году. «Когда я уезжал, батюшка сказал: «Меньше смотри по сторонам, занимайся учебой. А вопрос супружества мы тебе поможем решить». Я нисколько не сомневался в этих способностях отца Григория, зная, что многие духовные чада были обязаны ему своим семейным благополучием». И действительно, через три года в той же самой Покровке старец венчал семинариста Алексия Зорина с псаломщицей Марией Шумских.

В 1983 году он был рукоположен в диаконы, а затем возведен в протодиаконы. В течение десяти лет его прекрасный голос украшал богослужения в Ахтырском кафедральном соборе в Орле. В 1993 году протодиакон Алексий Зорин был рукоположен во священники и назначен настоятелем Свято-Никольского храма в селе Незнамово, а уже через год отец Алексий возглавил приход Александро-Невского храма и стал благочинным Старооскольского округа. Очень трогательно он вспоминал первые годы служения в этом доме Божием, особенно первую Пасху: «Первая Всенощная на Пасху в кафедральном соборе Старого Оскола меня удивила: народу собралось много, но большинство осталось за оградой храма – люди пришли со всего города просто посмотреть. После крестного хода они быстро разошлись… Помню первый колокольный звон на Пасху: в полдень после поздней Литургии детвора буквально облепила колокольню. Спустя пару часов пришел милиционер, потребовал прекратить звон, сказал, что люди жалуются. Но сделать он ничего не смог – по закону мы могли звонить до позднего вечера. Я предложил ему написать официальный запрет, но он отказался, и с тех пор нас никто не беспокоил. С каждым годом все больше людей стало воцерковляться». С каждым годом, отмечал батюшка, все больше людей воцерковлялось, и многие, когда-то праздно стоявшие за оградой, стали верными прихожанами. 

Особое место в его памяти занимал 2004 год, когда в Александро-Невский собор впервые привезли Благодатный огонь. «В детстве я слышал о схождении Благодатного огня в Святой Земле. И для меня эти рассказы были чудесной былью, – делился он. – Но когда я впервые увидел его – огонек в лампаде – сердце наполнилось такой радостью! От этого огонька преобразилось все вокруг, сами прихожане будто просияли». 

Этот огонь – огонь живой веры, стойкости и любви – отец Алексий зажег в наших сердцах. 

Юлия Зиновьева