Архиерей на коленях. Как уроженец прохоровской Радьковки стал епископом

Владыка Евфимий (в миру Пётр Беликов) проделал удивительный путь от мальчика из простой семьи в Корочанском уезде до иерарха Русской церкви. Помогли ему в этом трудолюбие, мудрость и доброе отношение к ближним.

Трудное детство

В декабре 1813 года в слободе Радьковка Корочанского уезда, в семье причетника Вознесенской церкви Ивана Беликова и его жены Надежды родился сын. Детство мальчика было непростым. В три года он остался без отца. Чтобы прокормить сына и дочку, мать решает вновь выйти замуж. Её новый супруг также получает место в причте церкви. Но добрым отчимом для детей он не стал: заставлял много и тяжело трудиться, обходился с ними сурово. Юный Пётр, уже будучи семинаристом, даже не хотел оставаться до конца каникул дома и стремился побыстрее вернуться в учебное заведение. Но в дальнейшем он простил отчима и не держал зла.

Сначала мальчик учился в приходском училище Корочи, затем в Белгородском духовном училище и семинарии. Это время тоже было сложным. Порой Петру приходилось голодать. Иногда он с другими семинаристами даже колол для сторожей дрова, чтобы получить лишний кусок хлеба. Спать приходилось на голых досках – войлок с кровати кто‑то украл. И во время приезда ревизора Пётр, не имевший подушки и одеяла, решил постелить на кровати хотя бы свой тулуп. Проверяющий улыбнулся и заметил, что это ложе настоящего монаха.

Юный семинарист был трудолюбив и хорошо учился, поэтому со временем заслужил уважение как товарищей, так и начальства. Ему стал помогать ректор семинарии архимандрит Елпидифор. В итоге Петра как лучшего выпускника отправили в Киевскую духовную академию, которую он успешно окончил и избрал для себя монашеский путь. В 1839 году совершается постриг и его рукоположение в иеродиакона, а позднее – в иеромонаха. В качестве профессора богословских наук Евфимий отправляется во Владимирскую семинарию. Через несколько лет благодаря своему усердию и трудам он становится там ректором.

Ни минуты на отдых

Евфимий выделялся среди преподавателей семинарии способностями, приёмами преподавания, строгим отношением к обязанностям. На своих лекциях он часто выходил за рамки программы, и семинаристы слушали его затаив дыхание. В 1841 году Евфимий становится инспектором учебного заведения и энергично берётся за наведение порядка. Он строго следил за дисциплиной на занятиях и в общежитии, ловил прогульщиков, боролся с курением. Многое сделал и будучи ректором.

Только лишь взглянув на список должностей, которые занимал Евфимий (Беликов), можно понять, что жизнь его была очень насыщенной. Ректор Владимирской и Новгородской семинарий, настоятель двух мужских монастырей, епископ Старорусский, викарий Новгородской епархии, епископ Саратовский и Царицынский… Евфимий не позволял себе спать больше 4–5 часов и отвлекаться на отдых. Днём он мог ненадолго прилечь, но не для сна, а для знакомства с новыми книгами.

На вечное поминовение

Трудолюбием он обладал необычайным.

«Незадолго до кончины своей, будучи смертельно больным, неспособным по болезни сидеть, архипастырь в кругу ближайших своих советников занимался делами, стоя на коленях. 1 октября 1863 года истекал срок, к которому должно было представить в Петербург в Высочайше утверждённое присутствие по делам православного духовенства соображения по вопросам об улучшении быта духовенства и сокращении приходов и причтов, в сентябре он несколько раз приглашал к себе членов и секретаря консистории на особые заседания по этому предмету. Бледный, едва передвигая ноги, с кипою бумаг, бывало, выходит владыка из своего кабинета в гостиную. «Садитесь, отцы и братия, и посмотрите кстати, как архиерей стоит на коленях». С этими словами придвигал он к столу подножную подушку и с выражением боли на лице опускался на неё на колена», – рассказывали «Саратовские епархиальные ведомости» в 1878 году.

Так Евфимий мог простоять по 4–5 часов. В скором времени он слёг и умер. Болезнь его была крайне изнурительной, но до последнего он не оставлял дела и не объявлял себя официально больным.

На саратовской земле владыка тоже сделал много. Прежде всего, для развития образования. При его вступлении на Саратовскую кафедру здесь было 120 церковно-приходских училищ. За год было открыто 406 новых учебных заведений. Способствовал епископ и украшению местного Александро-Невского кафедрального собора, в Воскресенском приделе которого был похоронен. К сожалению, храм в советские годы был закрыт и разобран. Какое‑то время его нижняя часть с гробницами архиереев сохранялась. Потом на этом месте построили стадион.

Особое внимание Евфимий уделял воспитанию священников, обстоятельно беседуя с ними на разные темы и активно снабжая духовной литературой. В своём завещании он не забыл о родной Радьковке, повелев отослать 1000 рублей «на священно-церковнослужителей и церковь на вечное поминовение меня и моих родителей с тем, чтобы духовенство и церковь пользовались с сего капитала одними процентами». Ещё епископ поручил передать деньги в Курскую духовную консисторию, чтобы достойно похоронить мать, когда для этого придёт время. Часть средств была пожертвована бедным и сиротам. 

Белгородская Правда