Святитель Иоасаф Белгородский: от канонизации к второму обретению. Часть 4. Решение о прославлении и подготовка к торжествам (1910–1911)

В этом году Белгородская митрополия отмечает две знаменательные даты: 115-летие прославления святителя Иоасафа Белгородского в лике святых и 35-летие второго обретения его святых мощей.

Святитель Иоасаф, почивший в 1754 году и уже при жизни стяжавший дар чудотворения, был канонизирован после полуторавекового народного почитания. Торжества 1911 года стали одним из величайших церковных событий дореволюционной России. В годы богоборческих гонений мощи святителя были осквернены, вывезены в Москву и утрачены. Однако в 1991 году, в начале возрождения Церкви, они были чудесным образом обретены на чердаке Казанского собора в Ленинграде и с торжеством возвращены в Белгород. Эти две даты — 1911 и 1991 годы — разделяет трагический век русской истории, но соединяет их непрерывная нить народной памяти и веры в небесного покровителя Белгородской земли, чьи нетленные мощи ныне пребывают в Преображенском кафедральном соборе.

Вместе с вами мы узнаем все подробности тех событий, благодаря которым Святое Белогорье обрело мощи своего Небесного покровителя.

***

В конце того же года в Святейший Синод был направлен доклад за подписью князя Н.Д. Жевахова и протоиерея А.И. Маляревского, в котором подтверждались факты чудотворного влияния мощей святителя Иоасафа и признавалась необходимость его официального церковного прославления. Члены Святейшего Синода на основании выводов, сделанных комиссией, признали подлинность чудотворных исцелений у мощей белгородского Святителя и полную их нетленность, о чём доложили Императору. Николай II на докладе Синода 10 декабря (день кончины святителя Иоасафа) 1910 года поставил следующую резолюцию: «Благодатным предстательством святителя Иоасафа да укрепляется в державе Российской преданность праотеческому Православию, ко благу всего народа Русского. Приемлю предположения Св. Синода с искренним умилением и полным сочувствием».

Тем не менее, дата церковного прославления епископа Иоасафа конкретно не была определена. И тогда Император впервые проявил свою самодержавную волю в вопросе церковной жизни и сам назначил день канонизации епископа Иоасафа.

В специальном послании Святейшего Синода к всероссийской пастве говорилось: «Уже в двадцатых годах прошлого (девятнадцатого – Авт.) века возбуждались ходатайства о причтении к лику святых нетленно почивающего святителя Иоасафа. Но ходатайства пока оставались без удовлетворения, ибо тогда не были достаточно проверены чудесные исцеления. Однако почитание Святителя не только не ослабевало, но всё крепло: чаще и чаще стали раздаваться голоса о причтении к лику святых епископа Иоасафа».

Учитывая всё это, Святейший Синод объявил «во всенародное известие» признание епископа Белгородского Иоасафа в лике святых. Память святителя Иоасафа устанавливалось праздновать два раза в год — в день его кончины — 10 декабря и открытия мощей — 4 сентября (по старому стилю).

Подготовка к торжеству открытия мощей святителя Иоасафа началась заблаговременно. В Белгород ожидался огромный приток гостей и паломников. Необходимо было принять и разместить десятки тысяч людей. В то время Белгород был сравнительно небольшим городком — вместе со слободами Саввиной и Жилой насчитывалось около сорока тысяч жителей. Здесь действовали духовная семинария, учительский институт, мужская и женская гимназии, частные гимназии, училища, два монастыря с четырьмя храмами, три собора, девять приходских, одна кладбищенская и несколько домовых церквей.

В связи с предстоящей канонизацией нового святого встал вопрос о его иконографическом образе. До этого во многих домах можно было встретить обычные портреты епископа Иоасафа, которые многочисленные почитатели Святителя часто ставили в красном углу рядом с иконами. Для создания иконописного лика Святителя совет Курского Знаменско-Богородичного братства летом 1911 года выпустил специальную инструкцию для художников-иконописцев. Епархиальное руководство совместно с Курской церковной историко-археологической комиссией рассмотрели все портреты епископа Иоасафа (Горленко), напечатанные в книгах князя Н.Д. Жевахова, а также найденные в разных учреждениях и частных домах. Среди обнаруженных 49 изображений наиболее приемлемым оказался портрет, находившийся в Киевской Духовной Академии, так как совпадал с чертами лица нетленно лежащего в гробнице епископа Иоасафа. Создать икону святого Иоасафа было поручено нескольким художникам. Иконописным образом святителя Иоасафа была признана икона кисти киевского художника Ивана Сидоровича Ижакевича.