Святитель Иоасаф Белгородский: от канонизации к второму обретению. Часть 10. Тайна, хранимая двадцать лет: второе обретение мощей (1991)

В этом году Белгородская митрополия отмечает две знаменательные даты: 115-летие прославления святителя Иоасафа Белгородского в лике святых и 35-летие второго обретения его святых мощей.

Святитель Иоасаф, почивший в 1754 году и уже при жизни стяжавший дар чудотворения, был канонизирован после полуторавекового народного почитания. Торжества 1911 года стали одним из величайших церковных событий дореволюционной России. В годы богоборческих гонений мощи святителя были осквернены, вывезены в Москву и утрачены. Однако в 1991 году, в начале возрождения Церкви, они были чудесным образом обретены на чердаке Казанского собора в Ленинграде и с торжеством возвращены в Белгород. Эти две даты — 1911 и 1991 годы — разделяет трагический век русской истории, но соединяет их непрерывная нить народной памяти и веры в небесного покровителя Белгородской земли, чьи нетленные мощи ныне пребывают в Преображенском кафедральном соборе.

Вместе с вами мы узнаем все подробности тех событий, благодаря которым Святое Белогорье обрело мощи своего Небесного покровителя.

***

Наконец, наступило время, когда политика государства по отношению к Церкви резко начала меняться. Православные люди, настрадавшиеся за долгие годы атеистического режима, не сразу поверили в перемены, но когда, наконец, поверили, стали раскрывать свято хранимые ими тайны, хранимые даже от близких им людей, дабы не навлекать на них гнев власть имущих. Так случилось и с Аркадием Васильевичем Соколовым, бригадиром плотников объединения «Реставратор».

6 февраля 1991 года его дочь, взяв с собой младшего сына, пошла поклониться мощам преподобного Серафима Саровского в Свято-Троицкий собор Александро-Невской Лавры. Радостная и счастливая пришла она домой и, рассказав о большом событии в ее жизни родителям, заметила, что отец очень разволновался. Он сказал, что, наконец, дождался времени, когда может открыть тайну, которую хранил 20 лет, и благодарит Господа за то, что сохранил ему жизнь до этого часа.

Рассказал он следующее. В начале 70-х годов бригада Аркадия Васильевича работала в Казанском соборе. Комендант собора потребовала, чтобы в подвале, сыром и холодном, закопали, как она выразилась, «мумию». Рабочие не послушались ее распоряжения и, завернув мощи святого в простыни, отнесли на чердак, где было достаточно сухо, в одном из отсеков перекрытия выкопали яму и захоронили святыню. Они надеялись, что в сухом и чистом шлаке мощи сохранятся. По мнению Аркадия Васильевича, они должны находиться там и по сей день.

Выслушав рассказ отца, его дочь, Людмила Аркадьевна, связалась с членом общины Казанского собора Наталией Дмитриевной Недашковской, и вместе они взялись за организацию поисков. Они побоялись обратиться к администрации музея, справедливо полагая, что сотрудники музея атеизма не отнесутся с должным пониманием к ним, а воспользовались тем, что на чердаке собора в это время велись работы по составлению плана реставрации. Руководитель работ – главный архитектор объединения «Реставратор» Александр Гаврилович Леонтьев – включил в список работающих на чердаке, куда вход, разумеется, посторонним был закрыт, Аркадия Васильевича, его дочь и историка-египтолога из Университета Валентину Ивановну. То, что людям пришлось прибегнуть к такой уловке, вполне объяснимо и понятно: они боялись непродуманных действий со стороны администрации музея в случае обнаружения мощей святого.

После всех переживаний, связанных с обнаружением мощей, Людмила Аркадьевна вспоминала:

«Мы вчетвером поднялись на чердак. Там нас ждали два землекопа, Андрей и Илья. В ближайшем от лестницы отсеке перекрытия, на который указал отец, где было все не раз уже копано-перекопано, под слоем шлака мы нашли захоронение. Святой лежал головой к окну со сложенными на груди руками, тело его было обернуто черным материалом, похожим на бархат.

С огромным трепетом и благоговением мы приблизились к телу святого. Александр Гаврилович освободил ступни святого от черного материала, и мы увидели белую пелену. Валентина Ивановна сказала, что это, конечно, не египетская мумия, а мощи православного святого. Мы немедленно сообщили о находке настоятелю Казанского собора отцу Сергию (Кузьмину)».

Таково начало истории второго обретения мощей святителя Иоасафа Белгородского. Можно предположить, что в Казанский собор они попали после организации в нем музея атеизма, куда свозились так называемые «экспонаты» со всей страны.

Продолжение следует....